Главная Все о шидухе

Священный брак

Первыми коhэнами (священниками) были Аарон (старший брат Моше) и четверо его сыновей. Они и все их будущие потомки были выбраны Б-гом для того, чтобы совершать служения в Храме в качестве представителей всего еврейского народа. В силу священного статуса человека, призванного служить Б-гу в Храме, коhэну запрещен контакт с мертвым телом, он должен быть лишен определенных физических изъянов, он может жениться не на любой женщине, а лишь на отвечающей определенным требованиям и т.д. Может быть, вы слышали историю об одном человеке, пришедшем к раввину и умолявшем того сделать его коhэном. Он просто обязан стать частью колена первосвященников и за эту честь он готов заплатить раввину любые деньги. Раввин терпеливо объяснял, что ни он, ни кто-либо другой не может сделать этого человека коhэном. Такие вещи просто вне пределов его раввинских полномочий. Человек был в отчаянии. Он предлагал раввину сделать огромное пожертвование, если тот сделает ему это одно маленькое одолжение. Раввин был несколько раздражен, но и заинтригован и поэтому спросил, почему для этого человека так важно стать коhэном. Парень ответил: "Рабби, мой отец был коhэном, мой дедушка был коhэном, я просто обязан стать коhэном!" Конечно, смешно слушать о коhэне по праву рождения, пытающемся купить билет в свою собственную семью, но быть коhэном – это вовсе не шуточное дело. Мне самому довелось стать свидетелем нескольких человеческих трагедий, возникших из-за отсутствия знаний о роли коhэна и правил, необходимых к соблюдению членами колена священников. В то время как соблюдение ограничений посещения кладбища – это очень важная мицва (заповедь) для мужчины-коhэна, несоблюдение их – это только проблема отношений между ним и Б-гом. Это не касается больше никого, по крайней мере непосредственно. Однако когда дело касается женитьбы, всегда есть еще кто-то, кто вовлечен в эти отношения, и в результате может сильно пострадать. Некоторых трагедий нельзя избежать. Когда, не дай Б-г, происходит теракт, порой невозможно избежать ущерба. Болезни тоже нормальный человек не выбирает по своей воле. Но самая ужасная трагедия – это та, которой можно было избежать. И когда незнание наших традиций ведет к человеческим страданиям и душевной боли, то знакомство с этими традициями могло бы предотвратить саму возможность возникновения этой трагедии. Представьте себе такую картину. Молодой человек объявляет о своей помолвке и приходит в синагогу, чтобы договориться о проведении свадьбы. Раввин выясняет, что он коhэн, а его невеста – разведенная, или прошедшая гиюр, или была замужем за неевреем или что ее отец нееврей. Очень деликатно он сообщает молодой паре о том, что может возникнуть галахическая проблема для освящения их брака "по закону Моше и Израиля". В главе Торы "Эмор" нам сообщаются основные законы, о том, на ком коhэны могут жениться, а на ком не могут. Если он действительно коhэн, а она принадлежит к одной из вышеперечисленных категорий, то возникает проблема. Мой вопрос в том, почему за два или три года их отношений данный вопрос ни разу не всплывал? Ответ прост – из-за невежества. Никто никогда не говорил им, что существует такая проблема. И кто виноват? О, конечно же, раввин! Его обвиняют в религиозном фундаментализме, нетерпимости, равнодушии, строгости и негибкости. Позвольте заверить вас, что мои коллеги и я всегда рады быть любезными и уступчивыми. Но тем не менее бывают ситуации, когда еврейский закон и традиция, которые для нас священны и неизменны, могут показаться стоящими на пути человеческого счастья. И мы не уполномочены изменять закон в зависимости от ситуации. Лично я считаю, что ответственность за образование молодых людей в таких вопросах лежит на их родителях. И особенно отец, являющийся коhэном и передавший своему сыну этот титул, имеет моральную обязанность объяснить ему, что значит быть коhэном. Конечно, есть привилегии – коhэна первого вызывают к Торе, но есть также и обязанности. Такие, как очень тщательный выбор брачного партнера. Всей этой боли и страданий можно было бы совершенно точно избежать, если бы мы образовывали наших детей. Задолго до того, как они влюбятся, родители должны предупредить детей о том, что нужно быть избирательными в плане того, с кем встречаться. Точно также, как не бывает смешанных браков, если им не предшествуют "смешанные" свидания, ни один коhэн не страдал бы от невозможности вступить в брак, если бы встречался только с теми девушками, на которых мог бы жениться. Не должно быть, чтоб он слышал о таких вещах впервые, придя к раввину для согласования даты свадьбы. Сегодня институт брака крайне слаб. И весьма сложно оставаться в позитивной статистике. Если Тора говорит нам, что тот или иной союз некошерен, то вместо того, чтобы возмущаться, мы должны рассматривать это так, будто сам Всевышний спустился и прошептал нам на ухо добрый совет: "Поверь мне; этот человек не для тебя". Иногда мы думаем, что Тора стоит на пути нашего счастья, но на самом деле все наоборот. В долгосрочной перспективе она защищает обе стороны от совершения серьезной ошибки, имеющей далеко идущие последствия. Статус коhэна – это не то, что можно купить за деньги. Это особое, великое благословение. Давайте сделаем все, чтобы наши дети никогда не воспринимали это благословение как проклятье.



Личные истории

Как я встретила моего мужа

В тот же день я просматривала свои фотографии с той поездки по Беларуси. Там была она. Фотография имени, написанного рядом с моим,  на стене в Бейт ХаБаДе. «Ави Рихлер 2005».

В омут с головой
Сара Джейкобс

Я не собиралась влюбляться в Колина, погружаться в запретные воды и встречаться с неевреем. В конце концов я выросла в глубоко религиозной семье, и с большим уважением отношусь к традициям моих родителей, бабушек и дедушек. Я никогда даже не могла предположить, что приму какое-то решение, которое может их расстроить.

Виртуальное знакомство
Джессика Левенбраун

Желая найти свою вторую половинку, я подписалась на онлайн журнал «Еврейские знакомства». Однако вскоре меня постигло разочарование. Оказалось, что в Сети мужчины ищут вовсе не серьезных отношений. «Представляешь, я езжу на работу на фиолетовом Ягуаре!», - пытался вызвать у меня чувство зависти молодой композитор. – А другой мой автомобиль – фиолетовый Мерседес… Семидесятипятилетнему, занижающий свой возраст до пятидесяти, мужчине, и вовсе хотелось просто отомстить женщинам (“все женщины, с которыми я встречался, занижали свой возраст, почему же я не могу?»). Перспективы были неутешительны.